July 17th, 2018

Oberwolfach

о национализме

В последнее время я пристрастился к тому, чтобы отдыхать и засыпать под записи каких-нибудь лекций или интервью. В последнее время особенно пристрастился к лекциям уважаемого Андрея Николаевича Ланькова (tttkkk), корееведа, крупного специалиста по новой и новейшей истории Кореи. Горячо рекомендую как его ЖЖ (в последнее время, правда, он пишет мало), так и многочисленные статьи, интервью и лекции.

Написать здесь, однако, я хотел о некоторой интересной черте современных стран Восточной Азии, о которой я узнал несколько лет назад благодаря тому же Андрею Николаевичу Ланькову. Эта черта — крайней степени национализм, на современный европейский взгляд кажущийся, мягко говоря, чрезмерным. Часто в русскоязычных общественно-политических дискуссиях приходится читать высказывания типа «современные страны предпочли глобализацию национализму»; при взгляде на Восточную Азию под этим углом остаётся только покачать головой: одно другому не противоречит вообще.

Вот что пишет в целом о восточно-азиатском национализме Андрей Ланьков:

Национализм (в основном этнический национализм, некогда позаимствованный мэйдзисской Японией из Пруссии) — реальная основа господствующих идеологий во всех странах Восточной Азии. Сильнее всего он выражен в Северной Корее, слабее всего (но тоже неслабо) — в Японии, а Китай, Вьетнам и Южная Корея — где-то посерединке. Правящие элиты используют национализм и рассказы о поруганном величии для сплочения масс вокруг себя, контр-элиты — для того, чтобы давить на элиты. Национализм — одна из скреп всех политических режимов региона, равно как и боевое знамя большинства самых заметных их внутренних оппонентов. В целом ситуация сильно напоминает Европу 1913 г., с той лишь разницей, что в Европе была и заметная левая интернационалистическая составляющая, а в Восточной Азии сейчас её нет (в Корее большинство серьёзных критиков национализма, кстати сказать, находятся на правом фланге — но и там их мало).


На более конкретном уровне хотелось бы зафиксировать два крайне впечатливших меня примера. Первый пример — рассказ того же Андрея Ланькова про государственный южнокорейский (!) Музей независимости Кореи под Чхонаном, в котором вполне официально фиксируются южнокорейские территориальные претензии к Китаю и России на Маньчжурию и Приморье, соответственно (в других корейских источниках, упоминаемых Ланьковым в разных интервью, корейские территориальные претензии к России заканчиваются чуть южнее Магадана).
Второй пример за авторством другого корееведа Фёдора Тертицкого: на низкокачественную пропаганду своих точек зрения в территориальном споре об островах Токто/Такэсима Южная Корея и Япония тратят порядка 7,5 млн. евро в год — в пересчёте на одинаковый отрезок времени это около 25 больших европейских грантов, конкуренция за получение которых даже среди учёных высшего разряда очень серьёзная.

Мне кажется интересным и важным для осмысления соображение, что относительная слабость национализма в современной Западной Европе является скорее исключением, обусловленным конкретными особенностями европейской истории (некоторые более конкретные соображения можно почерпнуть тут), нежели закономерностью. В этом смысле любопытно будет проследить за общественным развитием разных стран в ближайшие десятилетия.