Vadim Alekseev (certus) wrote,
Vadim Alekseev
certus

как это делалось в париже

Вдогонку к предыдущей записи.

Отдельной главы в книге Фошепота удостоилась история про то, как в ходе подготовки Парижских соглашений Аденауэр фактически по собственной инициативе сдал западным державам-победительницам суверенное право ФРГ контролировать переписку и связь на своей территории (чем они успешно и занимались до 1968 года, когда ответственность за исполнение была передана немецким службам).

Итак, в октябре 1954 года в Париже проходили последние раунды переговоров перед заключением Парижских соглашений — комплекса договоров, отменивших оккупационных режим западных держав-победительниц и формально предоставивших ФРГ суверенитет (абз. 2 ст. 1 Договора в отношении Германии гласил: «Федеративная Республика Германия будет тем самым иметь полновластный суверенитет в отношении своих внутренних и внешних дел»). Конечно, из дальнейших статей договора было очевидно, что как минимум в отношении наличия войск западных держав-победительниц о полном суверенитете речи и близко не шло — однако согласно тексту договора дело более-менее ограничивалось именно вопросами, связанными с размещением войск — и то в отношении всех не закреплённых отдельными договорами вещей утверждался приоритет немецкого права (абз. 2 ст. 5). На бумаге всё выглядело более-менее логично: войска держав-победительниц остаются в ФРГ (в связи с вступлением последней в НАТО), их статус регулируется отдельными договорами. Более того, любой разумный юрист на вопрос «существуют ли формальные основания для проведения в ФРГ перлюстрации писем годовым объёмом в несколько миллионов в год?» в те времена немедленно бы ответил «нет, тайна переписки гарантируется ст. 10 Основного закона, высшего законодательного акта ФРГ».

На деле же в ходе переговоров, на которых немецкая делегация планировала отстаивать суверенитет ФРГ по широчайшему спектру вопросов, Аденауэр выкинул суровый фортель, самостоятельно предложив западным державам-победительницам продолжить практику контроля почтовых отправлений и телефонных переговоров на территории ФРГ антиконституционным образом. Формально он попросил у комиссаров США, Великобритании и Франции направить ему официальное письмо, в котором должно было быть написано, что в целях обеспечения безопасности размещённых на территории ФРГ войск они считают необходимым продолжение контроля почты и телекоммуникаций до тех пор, пока в ФРГ не будут принято законодательство, позволяющее немецким службам самостоятельно выполнять соответствующие задачи. Тем самым, с одной стороны, он снимал с себя всякую ответственность за эту антиконституционную практику (фактически получая возможность в случае чего представить дело таким образом, что вмешательство союзников в тайну связи было ими навязано), с другой — снимал с повестки дня переговоров важный потенциально спорный пункт, чем вызвал бурю радости со стороны дипломатов держав-победительниц; один из британских дипломатов писал своему коллеге в Лондон: «Мы в первый раз смогли припереть немцев к стенке по этому вопросу. Письмо было с воспринято с энтузиазмом всеми присутствовавшими на сегодняшней встрече совета НАТО».

На этом месте привыкшему к порядку гражданину должно стать не по себе: как же так, разве может просто какое-то письмо, направленное канцлеру ФРГ и не опубликованное нигде, подмять под себя законы, в том числе конституционного ранга? Ответ прост: на практике именно это и произошло. С 1955 по 1968 год в ФРГ отсутствовал закон, ограничивающий тайну переписки и телефонных переговоров, и тем не менее западные державы-победительницы массово нарушали тайну переписки и телефонных переговоров (речь идёт, повторюсь, о миллионах писем в год). Основанием для такой интерпретации Парижских соглашений служило именно письмо комиссаров держав-победительниц Аденауэру. Фошепот даёт его действиям такую оценку:

Активное содействие со стороны федерального канцлера наличию нового особого права союзников — права контроля переписки и связи — нарушало действовавшее законодательство, прежде всего конституцию. Канцлер ФРГ пренебрёг Основным законом ФРГ, декларировавшим в ст. 10 нерушимость тайны переписки. Согласившись предоставить союзникам новые особые права, он сделал их надконституционными. То, что было запрещено Основным законом, было на скорую руку объявлено исключительным правом союзников; тем самым одно из существенных основных прав человека и гражданина было при непосредственном согласии федерального канцлера сведено на нет путём фактического продления оккупационного права. Несмотря на содержавшееся в Договоре в отношении Германии утверждение, что ФРГ получила с мая 1955 года «полновластный суверенитет в отношении своих внутренних и внешних дел», державы-победительницы, ставшие теперь союзниками, могли и дальше продолжать неограниченную слежку за немецким населением — несмотря на то, что Основной закон исключал вмешательство в тайну переписки и связи в отсутствие ограничивающего эти тайны закона.


Не знаю, кто какой сделает вывод из этой истории, но у меня она ещё больше отбила охоту высказывать какие-либо окончательные суждения (а особенно таковые с привлечением сильнодействующих моральных категорий) о современной истории и политике без исходного материала — который мы вряд ли увидим при жизни. Медийная картинка событий в современной международной политике, инспирирующая мегабайты эмоциональных текстов, видимо, во многих аспектах настолько же «адекватна» истине, насколько ей соответствовала распространённая с 1950-х годов картина, представляющая Аденауэра как руководителя ФРГ, добившегося её полноценного суверенитета и безоговорочного верховенства на её территории немецких законов, начиная с краеугольного камня — Основного закона. Нашим внукам, видимо, ещё предстоит посмеяться над наивностью политических убеждений и прокламаций среднего пользователя соцсетей первой четверти XXI века. Нам же, возможно, ещё достанется возможность аналогичным образом пройтись по последней четверти века двадцатого — конечно, если у историков будет достаточный доступ к архивным материалам.
Tags: история
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments